Фанфики

Сохранена авторская орфография.

      Алукард сидел в кресле, закинув ноги на стол, и царапал ногтем на стене пошлую надпись про Целес и Бернадотте. Ему было скучно. Нет, он изнывал от скуки. Если бы он мог умереть, он бы умер от скуки. В дверь постучали. «Кто бы это мог быть?» -подумал Алукард. «Целес? Нет, исключено. Она бы просто влетела в комнату, как всегда суетясь и что-нибудь спрашивая…. . Интегра? Ха! Интегра! Стучит! Ха-ха! Только полудохлому от скуки вампиру может придти такое в голову. Волтер? Кажется, после того случая с медвежьим капканом он больше ко мне не заходит, да и зачем? Хм, кто еще остается? Бернадотте? Фергюсен? Наверное, все-таки Пип. Видимо пришел просить у меня руки Целес.»
- Да… - протянул Алукард. Ему было интересно, кто же это? Дедуктивный метод не подвел. Это был Бернадотте.
«Какой я умный!» - восхитился Алукард.
- Господин Алукард, - сплюнул Бернадотте жвачку на пол, - меня прислала Целес.
Алукард захотел раздавить Пипа вместе с жвачкой по полу, но ему было лень.
- А сама она придти не может?
- Не может. – Бернадотте бросил окурок в дальний угол комнаты.
Алукард уже почти взял в руки Кассул, чтобы размазать Пипа по стенке, но опять передумал. «все лень, проклятая…»
- А почему?
- Не знаю. Она со мной через дверь разговаривала. – Бернадотте сплюнул под ноги.
На этот раз Алукард все же съездил обнаглевшему наемнику по морде.
Перед дверью комнаты Целес. Не раздумывая ни секунды, Алукард просочился через дверь.
- Ты меня зва… - начал он. Конец фразы он так и не успел произнести от того что расстался с челюстью.
Виктория стояла посреди комнаты. Все в ней вроде бы было как обычно. Не считая того, что рядом с ней стоял еще один субъект. Высокий, в черном плаще, широкополой шляпе, с мечом за спиной. Ах, да, совсем забыла, с рассыпавшимися по плечам, темными волосами. Алукарду показалось что он смотрит в зеркало. Незнакомцу тоже. Он даже приоткрыл рот от удивления. Алукард с ужасом увидел выпирающие клыки. Если бы не Целес, немая сцена бы затянулась.
- Маста! Хорошо, что вы пришли! Познакомьтесь, Интегра наняла Вам напарника!
У Алукарда закружилась голова. «Напарника? Я что один справиться не могу? И вообще, она что выбирает новых кадров по признакам шляпа-плащ-клыки-2-метровый рост? И интересно, зачем ему меч? Как старомодно…
Мысли новобранца: «В напарники? Мы так не договаривались! Я работаю один! И вообще, в этом заведении, что, на службу принимают только по принципу шляпа-плащ-клыки-2-метровый рост? И интересно, где его меч? Неужели он сражается на пистолетах? Ха! Это же моветон!»
- Я – Алукард, - гордо вскинув подбородок сказал вампир, - я служу Хеллсингу уже много лет. Я охраняю покой Англии от нелюдей! (про себя: «Во пафоса от Интегры нахватался!»). А ты кто? Назовись!
- Ди. – коротко ответил незнакомец.
Алукард и Целес явно ждали продолжения. Но Ди молчал. Взгляд его не выражал, абсолютно ничего. Казалось, он спит с открытыми глазами. Алукард воспринял это как личное оскорбление. У Целес появилось желание помахать у Ди перед носом рукой. Она была готова голову дать на отсечение, что он и глазом бы не повел.
- АЛУКАРД!!!! – под сводами замка пронесся крик сера Интегры. Стекла опасно зазвенели, но выдержали. Даже Ди с непривычки вздрогнул.
- Прошу прощения, мне надо идти – вздохнул Алукард.
- Серу Ди, наверное, тоже надо пойти с Вами, мастер, к леди Интегре! – сказала Целес.
- Да? – буркнул Алукард пепеля взглядом Ди, - ну если надо…
Кабинет Интегры. Входят Алукард и Ди. Интегра, оглядывая обоих, про себя: «как близнецы! Можно начинать собирать коллекцию!»
- Вы звали мастер? – спросил Алукард
- Я вижу, вы уже знакомы. – Интегра закурила.
- Да.
- Отлично, с сегодняшнего дня вы работаете вместе.
- Позволь, Интегра, ты считаешь что я нуждаюсь в напарнике?
- Это не обсуждается!
- Я не желаю…
- Это НЕ ОБСУЖДАЕТСЯ!
- Но, я…
- ЭТО НЕ ОСУЖДАЕТСЯ!!!!!!
Алукард обиженно замолчал. Ди все это время смотрел в одну точку. Интегра про себя: «Вот новенький, какой хороший! Стоит себе, молчит, слушает приказы. Не то что этот Алукард! Вечно ему все не нравится!». Вслух:
- На сегодня заданий нет. Да и поздно уже. Ложитесь спать. Алукард, гостевые комнаты разрушены после последней пирушки с Андерсеном, так что Ди пока поселим к тебе.
- Что?!! – возмутился Алукард, - почему ко мне? Поселите к Целес или к Волтеру! Или к Бернадотте! Он все равно сейчас в травм пункте! Если не на долго, то я ему еще врежу, на месяц точно с кровати не встанет!
- Алукард! Оставь Бернадотте в покое! А в разрухе гостевых комнат виноват ты, так что Ди будет жить у тебя!
- А ты спроси у него самого! Может он не хочет! Может ему у Целес приятней будет жить! Эй, ты! Очнись! Как там тебя, Пи, нет, Ли, нет..а! Ди! ДИ!!!!
Ди поднял на Алукарда пустые глаза. Мол, чего тебе?
- Тебе где жить хочется? Что, немой что ли?! – заорал Алукард
- Мне пофиг.
- Вот и отлично! – подвела итог Интегра, - шагом марш по кроватям!
«Ха! – мстительно ухмыльнулся про себя Алукард, - у меня там только один гроб!!!»
Алукард и Ди зашли в подвал Лорда Тьмы.
Алукард плюхнулся в гроб и с интересом стал наблюдать за Ди. Тот огляделся в поисках чего-нибудь чтобы прилечь. Ничего не было. Он вздохнул и подошел к креслу. Алукард дал себе слово не стрелять в новобранца пока он не плюхнется без разрешения в его любимое кресло. «вот только сядь…только сядь в него…» - шептал себе под нос Алукард поглаживая пистолеты под плащом. Ди подошел к креслу вплотную, остановился и неожиданно спросил:
- Я сяду? – как всегда коротко и сухо. Словно по морде съездил. Но для Алукарда это было шоком. За 23 года существования Интегры в этом замке никто и никогда не спрашивал у него разрешения на пользование его вещами. Монархия Интегры Уингейтс Хеллсинг держалась на том, что ее все почитают и любят, и никто не смеет с ней даже грубо разговаривать, а всем остальным можно кидать комья дерьма прямо в лицо. Виктория вечно залетала в его комнату без спроса и играла с его шляпой, Волтер в те редкие дни когда удосуживал себя уборкой подземелья, разбрасывал все патроны и обоймы по столу, хотя до этого они были в определенном порядке. Да, что за примерами далеко ходить? Вон, Бернадотте, не далее как минут 20 назад загадил ему весь пол…И тут так огорошить! Алукард растерялся. Ди молча стоял и ждал пока он переварит вопрос.
- Можно…- очень тихо и очень душевно сказал Алукард, украдкой вытирая скупую вампирскую слезу. В данный момент он боролся с желанием предложить напарнику свой гроб.
Ди уселся в кресле, натянув шляпу по самый подбородок.
- А ты оказывается, очень даже и не плохой чувак… - протянул Алукард.
На этот раз ошарашен был Ди. За всю его долгую и мучительную жизнь дампира – охотника его называли по-разному: кровопийца, полукровка, ……и еще много как…называли и героем и спасителем, но «неплохим чуваком»! Это было так неожиданно и душевно, что Ди поднялся с кресла, стянул с головы шляпу и уставился на Алукарда. Минут пять они смотрели друг на друга, а потом одновременно кинулись друг другу на шею с бурными рыданиями.
……………………………………………………………………………………………………
Через час к Алукарду в подземелье как всегда, словно вихрь влетела Виктория. От того что она там увидела, в долгий столбняк впала бы и более сообразительная чем Целес. Алукард и Ди по-дружески обнявшись сидят на полу. Рядом стоит 5-ти литровая канистра с техническим спиртом (Ди им каждый вечер протирает меч, чтобы не ржавел). Алукард, путаясь в шоколадных кудрях нового друга вещает ему как бы на ухо, но очень громко и невнятно:
- Я ведь, не отсюда родом! Д-да, брат! Увезли меня с родины…у-ууу! И никто меня тут не понимает, не любит! Вот только ты – ИК- со мной по-людски! Я –ИК- из Тр…тран…трас..трансипании! не…-ИК- т-тран-силь-ван-ии…ВО! –ИК-
- Да, брат! Как я тебя понимаю! У-ууу! Н-нас –ИК- никто не уважает! Вот т-ты –ИК- меня уваж-жаешь?
- Да!
- И я т-тебя! А у м-меня между проч-чим отец из тр…тра…-ИК- Трансильвании!
- Пр-правда?!!! Брат!!!!
- Брат!!!!!
Виктория просто ОФИГЕЛА. Все что она смогла сделать, - это в обморочном состоянии выползти из комнаты хозяина.

Тем временем в кабинете Интегры. Глава Хеллсинга как всегда сидит за столом и курит. Про себя: «Нет, не хорошо все таки я поступила с Алукардом. Напарника дала. Все таки это же унижает его чувство собственного достоинства. Тем более они похоже не сошлись характерами. Хотя с кем Алукард может сойтись характером? Нет уж пусть все-таки поучиться уживаться с другими! Но, с другой стороны, спать то ему тоже надо! Я его всего лишила, только и оставила комнату. Это единственное что я у него никогда не отбирала…наверное наличие на его территории чужого, для Алукарда удар ниже пояса….нет, не хорошо! Пойду и извин….НЕТ! – Интегра гневно выплюнула сигару в пепельницу, - что за мысли иногда в голову приходят! Пойду и просто отправлю Ди в другую комнату. Да! Так и сделаю!».
Весьма довольная собой, Интегра, ощущая себя Марией Терезой, потопала в подземелья.
У входа в комнату Алукарда. Интегра про себя: «Просто зайду, закрою глаза и выпалю на одном дыхании! Глядя в глаза у меня не получится!». Так она и сделала. Рывком открыла дверь, зажмурилась и выпалила:
- Алукард! Ты прав! Ди лучше отправиться в другую комнату!
Тут она открыла глаза. Никогда леди Интегра не была так поражена как сейчас. Глаза ее в мгновение ока вылезли за пределы очков, глазных яблок а потом и лица. Тем временем пьяные вдрызг Алукард и Ди, которые только что поклялись на крови в вечной дружбе, и в том что принесут друг другу на могилу цветы (это была идея Ди), осознали что только что сказала им Интегра.
- НЕЕЕЕЕЕТ!!!!! – заорали они хором.
Потом быстро вскочили и обнялись. Алукард попытался прикрыть Ди грудью, дампир тем временем выхватил из ножен меч и заслонил Алукарда им от Интегры.
- НЕЕЕЕТ!!! – орали они, - НЕЕЕЕТ!!!
С тех пор Интегра никогда не пробовала извиняться перед Алукардом, а Виктория всегда стучала перед тем как войти в комнату хозяина.


Ну почему я?
- Маста? А зачем Вам столько земли?
- Не спрашивай, а работай Целес! Давай! Вот сюда еще земли надо!
- Маста, но все же? Зачем Вам земля в Вашей комнате?
Алукард про себя *Ну почему я? Почему я должен общаться с такими!*
- Надо!
- Спасибо, за исчерпывающий ответ… *ну почему я?*
***

- Вот, Ди! Нравится? – спросил Алукард, глядя на огромную кучу земли посреди комнаты
- Да. – смущенно улыбнулся дампир, - Кровать!
- Ну отлично! За это надо выпить!
- Дельная мысль! – одобрил Ди, доставая бутыль со спиртом.
***
Перед кабинетом Интегры. Волтер с подносом. На подносе кружка чая. Волтер достает из кармана флакончик с валерьянкой и вбухивает его весь в кружку. Убирает пустой флакон в карман. *Ну почему я?*
- Ну, с богом! – шепотом говорит он и перекрестившись стучит в дверь.
- Интегра-сама! Ваш чай!
***

В этот момент в кабинете Интегры. Вся комната напоминает одну большую пепельницу. На кровати среди окурков валяется слегка помятая глава организации Хеллсинг. В волосах запутались бычки. На стене перед кроватью нарисованы две фигуры в шляпах. Интегра выкурив очередную сигарету закрывает левый глаз, прицеливается и стреляет окурком в фигуры. Иногда она попадает. При этом выражение ее лица становится как у садиста, свернувшего шею котенку. Мысли Интегры: «Я превращу их никчемные не-жизни в ад! Они будут молить меня о смерти!! Я отправлю обоих на задание в Африку!! Я испепелю их как только увижу!! Наверняка они сами сюда придут! Они уже у двери наверное!!!!!».
- Интегра-сама! Ваш чай!!
Не обратив внимания на то что голос принадлежит явно не Алукарду и тем более не Ди, Интегра вскакивает с кровати, хватает самую большую пепельницу с огромным количеством окурков и с боевым кличем открывает дверь. Гнев затмил очи Интегры. Хотя, возможно, просто ее очки остались на кровати и она не смогла отличить фигурку дворецкого от силуэта вампира (или дампира). В любом случае пепельница, полная бычков опустилась на побитую сединами макушку Волтера. Интегра на этом не остановилась. С криками « Я тебе покажу «Ваш чай!» Я тебе покажу «Интегра-сама»! Во как заговорил!» она перевернула поднос с чаем все на ту же многострадальную голову. Волтер покачнулся. Но Интегра не остановилась на достигнутом. Проявив удивительные способности штангистки, она схватила стол двумя руками и метнула его в дворецкого. Того снесло в коридор.
- И не приходи сюда больше!!! – гордо вскинув подбородок, Интегра хлопнула дверью и плюхнулась на кровать с чувством выполненного долга.
***