Фанфики

НАЗВАНИЕ: Harry Potter & the Hellsing Organization
РЕЙТИНГ: R
ЖАНР: AU, Crossover, Missing scene, драма, немного юмораСТАТУС: закончено.
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА: Хеллсинг в полном составе, о. Александр Андерсен, Хайнкель Вульф, Юмико Такаги, Альберт Шредингер; маги.
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: додзинси (БЕЗ хентая и т.п.) сиречь злостный плагиат; тапки кидать в тему или на мыло.
ОПИСАНИЕ: Алукард в Хогвартс "Кассул" притащил.
ОТ АВТОРА:1. идея послать в Хогвартс учителем по защите от тёмных искусств Алукарда носилась в воздухе уже давно, а потому её плагиатом я не считаю, НО - пройти мимо замечательных идей, мелькнувших в других фанфиках я не мог, склоняюсь в нижайшем гоменасае; единственное, что меня оправдывает - "добро", данное мне жертвой плагиата;
2. многих может удивить - и удивить правильно - сочетание тематики Поттера и Hellsing Missing scene - это не опечатка, а грубый авторский произвол; время действия по Хеллсингу - между нападением Валентайнов, вербовкой диких гусей и командировкой в Аргентину; по часам Хогвартса - Гарри Поттер и Принц-полукровка.
3. Литературные источники:
 1. Hellsing manga  
2. Hellsing-TV.  
3. Дж. Роулинг. Гарри Поттер и Принц-Полукровка.  
4. 4ert. Хеллсинг VS Гарри Поттер.  
5. Исход.  
6. Псалтирь.  
7. Евангелие  
8. + много чего ещё по мелочи.

  Выношу благодарности:
  Шинигами (Night Crowd) за героический бета-тестинг этого многобукаффного креатива.
  Tremi - за долгие и терпеливые консультации и множество дельных советов. Спасибо, Трем.
  Crazed Girl за помощь в японском и замечательную немецкую считалочку (перевести которую я, увы, толком не смог).

  << Гарри Поттер и организация Хеллсинг. Часть VI.
  Гарри Поттер и организация Хеллсинг. Часть VIII. >>

   ***

   Темны подземелья Хогвартса. Глубоко в тело холма впиваются корни его сырых коридоров. Никогда не касался мокрых, изъеденных плесенью известняковых стен солнечный свет. Нечастым гостем был там и свет искусственный. Редкий бледный фонарь забрёдшего сюда по своим делам гнома или заплутавшего эльфа не в состоянии был изгнать вековечную тьму, помнившую основателей Академии. И уходил свет - и вступала в свои права тьма и никем не виденные её обитатели. Напитанная тысячелетием самых ужасных заклятий и вереницей преступлений, которые очень удобно было совершать во мраке лабиринта, Тень жила здесь особо бурной, концентрированной жизнью. А потому нередко хозяева гадких светильников не возвращались из этой черноты.

   Последний раз в этом коридоре свет гостил во времена Пальмерстона и расцвета Империи. Потому яркий жёлтый сноп, прорезавший горизонтальный каменный колодец туннеля, вызвал глубочайшее возмущение глубин. Зашелестели мириады ножек, заскользило бесчисленное множество белесых склизких тел, стремящихся укрыться в тёмных щелях и выбоинах древней кладки. Однако трусами были не все. Множество шуршащих ног и скользких тел устремилось к источнику раздражения. Однако судьба и тех и других была одинакова.

   Жаркий вал огня, утробно загудев, промчался от начала коридора до поворота и выплеснулся далеко за него, жадно поедая всё на своём пути, забираясь в каждую выемку.

   - Вот это я и называю дезинфекцией, - отдался в туннелях радостный мальчишечий голос. - А ты говорил - insendio, evanesco. Reducto это злосчастное... Den Flammenwerfer (нем. огнемёт) - вот ответ настоящего немца на вызовы окружающего враждебного мира!

   - А вдруг там кто-нибудь был? - неуверенно и немного испуганно спросил подростковый голос.

   - Конечно, был! - Шредингер лихо вскинул на плечо ствол, поправил лямки баллонов с напалмом и обернулся к Невиллу. - Иначе бы нас не заставили проводить дезинфекцию подземелий в течение всего полугодия.

   - Я не про всю эту гадость...

   - А для всех прочих, - радостно ответил нэк, - ты вывесил объявления. Даже в гостиной Слизерина, - Лонгботтом вздрогнул, а уши кошака встали торчком от приятных воспоминаний. - И ведь эти придурки тебе не поверили, что огневые работы - это опасно!

   Он ещё не договорил этих слов, когда из-за поворота вылетела сверхъестественно быстрая чёрная тень. Невилл молниеносно выдернул из-под полы мантии пару клинков, но Шредингер действовал едва уловимо для взора. В финальном прыжке к лакомой добыче тварь столкнулась с огненным зарядом и, грохнувшись на выгнутый пол в паре метров от дезинфекторов, завизжала, бешено суча тонкими лапами, длинным сегментным хвостом и необычной продолговатой башкой.

   - Да - это определённо веселее Doom'а! - прокричал Шредингер и подбавил огонька. Дождавшись, когда тварь издохнет, он с интересом рассмотрел зубастую пасть монстра, на кончике огромного обгорелого языка которого, почему-то, была вторая маленькая челюсть.

   - Не, какую дрянь вы тут разводите! Это же просто ужас какой-то! - сказал нэк, с удовольствием разглядывая тварь. Показал тушке свои зубы, удовлетворённо кивнул и обернулся к Невиллу, всё не опускающему свои клинки.

   - Я же говорил, что огневые работы - это опасно! - залихватски воскликнул он; кивнул на штыки в руках напарника. - Как бы я ни относился к графу - он прав. Штыку не сравниться с пулей. Не следует чересчур буквально понимать классиков военного дела, - назидательно закончил он.

   - Так я же не против пуль, - по голосу чувствовалось, что Невилл смущённо краснеет. - Тем более мне теперь на магию полагаться нельзя - ты же знаешь.

   - Не работает? - вкрадчиво поинтересовался нэк, дождался недовольного сопения подопечного, неуклюже пристраивающего штыки под мантией, усмехнулся, - неудивительно, - и пошёл в глубь коридора.

   - Почему? - отчаянно воскликнул Невилл, бросаясь вослед тающему жёлтому пятну. - Почему неудивительно?

   Однако Шредингер лишь блеснул усмешкой в свете налобного фонаря и Лонгботтом понял, что ответа на свой вопрос он от нэка не услышит.

   Пройдя несколько поворотов, расчищенных огнём, Шредингер остановился и сбросил с узких плеч свою немыслимо тяжёлую для человека сбрую. Уверенным жестом достал из сумки маленький и очень плоский чемоданчик, присел на корточки и раскрыл его.

   Невилл, уже привыкший к этому, и знавший, что последует далее, скинул с плеч рюкзак и, разыскав каменный обломок посуше, присел.

   Шредингер пританцовывал рядом со своей коробочкой, которая тихо зашелестела и засветилась голубоватым светом.

   - Einen, zwei, drei,

   du bist frei,

   vier, fЭnf, secks,

   bist ґne Hex,

   sieben, acht, neun,

   du musstґs sein!

   Затем последовала череда явно нецензурных немецких выражений, сочетавшихся с именем некоего Гейтса и поминаниями неведомых девяносто пяти окон - едва ли нэк желал как тому, так и другому доброго здравия.Он нагнулся к коробочке, чем-то пощёлкал, бурча под нос, и вновь начинал свои обряды:

   - Einen, zwei, drei!!! Донневеттер!!!

   С пятой попытки, видимо, всё получилось. Шредингер споро привязал к своей коробке небольшую круглую штуку и, проворчав чего-то насчёт миллиметровых радиоволн при сканировании, вредных кошачьему организму, начал активно шуршать чем-то в своём ящике и глазеть в голубой квадрат.

   Спустя двадцать минут он удовлетворённо мявкнул, разъединил, выключил и упаковал свои принадлежности, вскинул на плечи огнемётные баллоны и бодро двинулся вперёд, бросив через плечо:

   - Нам повезло - тут недалеко! - и довольно мурлыкнул.

   По прохождении пяти поворотов, одного огромного провала в полу и не менее грандиозной по масштабам лужи они наткнулись на небольшое ответвление от основного коридора. От радости Шредингер подпрыгнул едва не до потолка, благо - тот был невысок:

   - Нам потрясающе везёт сегодня!

   Невилл в сомнении посмотрел вначале на кошака, а затем - в чёрный провал, залезть в который можно было исключительно на карачках. И в который раз подумал о различном понимании термина "везение".

   - Мы что... - он неуверенно ткнул пальцем в сырую мрачную дыру.

   - Разумеется, - уверенно ответил нэк.

   - Э-э-э... А вдруг там... - однако закончить он не успел. Вихрь жидкого пламени, облизав осклизлые края, унёсся в чернь прохода, минуту там плясал, резвился и, наконец, утих.

   - Теперь там точно никакого "вдруг" нет, - убеждённо сказал Шредингер и, нацепив кислородную маску, нырнул в проход. Обречённо вздохнув Невилл также надел свой аппарат, и пополз за ним.

   Через несколько минут сопения и глухих безадресных проклятий, каковыми они сопровождали свой "полз-бросок" в обугленной кишке норы, Шредингер объявил остановку. Он снял со спутника рюкзак, открыл его и начал чем-то щёлкать на чёрной, изрытой неровностями, поверхности оказавшегося там механизма. Зажёгся красными буквами небольшой прямоугольник. Шредингер, то ли напевая, то ли мурлыкая что-то под маской, колдовал над ним. Буквы прыгали и беспрестанно менялись, пока не вспыхнуло только одно слово:

   - READY.

   Нэк довольно мявкнул:

   - Вот это я понимаю, - как-то уважительно пробубнил он сквозь маску, завязывая рюкзак, - не мелкософт, а серьёзная контора.

   Кошак подобрался и, с лёгкостью проползши мимо рюкзака - он буквально протёк между ним и закопченной стеной, - шустро перебирая конечностями устремился к выходу. Тяжело вздохнув, Невилл полез за ним.

   ***

   Обратной дорогой Невилл в который раз спросил приятеля:

   - Что это? Мы их уже семь штук расставили.

   Шредингер ответил привычной усмешкой:

   - Наша страховка, - сказал он, помолчал и добавил к уже привычной отговорке новые слова. - Если царство разделится само в себе, не может устоять царство то. И если сатана восстал на самого себя и разделился, не может устоять, но пришел конец его. А мы ведь этого не хотим? - нэк озорно улыбнулся. Вот только было в этой улыбке что-то от жуткого хэллоуинновского оскала.

   - Между прочим, - отвлёк подростка от неприятных мыслей Шредингер. - Ты поаккуратней со святым отцом. Как бы благотворно твоё с ним общение ни было... - нэк покачал ушастой головой. - От этих двоих я тебя не смогу защитить.

   - Да мы просто общаемся! - торопливо выпалил Невилл.

   - Ага, ага, - понимающе покивал кошак. - Вот некоторые так общаются, а потом в тринадцатом отделе новые оперативники появляются, - для острастки Шредингер пустил огненную струю.

   - Ты мне лучше скажи, - теперь Невилл переводил разговор в более приятное русло, - что это за взрывы такие по всей Англии, от которых "Ежедневный пророк" на ушах стоит? Ваших ведь рук дело?

   Шредингер остановился и зафыркал. Постоял так с полминуты, пыхтя и отплёвываясь. А потом засмеялся в полный голос и долго не мог успокоиться.

   - Ах - это, - сказал он, наконец, утирая обильную слезу. - Вы, маги, всё же, невероятно заносчивы и недооцениваете людей, - нэк вновь прыснул и не мог успокоиться ещё какое-то время. - Весь Орден Феникса на ушах стоит, разыскивая крестражи, а Секретная Служба нашла их за два месяца. - Он довольно мурлыкнул. - Ну а теперь схроны уничтожаются. Со свойственным малышке Хеллсинг чувством меры - авиаударами! - Шредингер захохотал вновь и так, сотрясая смехом древние стены коридоров - "корней" школы магии, пошёл к выходу.

   ***

   Скрипя и стеная тронутыми ржой сочленениями, пуская белые струи пара и пронзительно свистя новый "Хогвартс-экспресс" остановился. Встречающих было немного - и ни один из них не прикатил к остановке на шикарной упряжке фестралов.

   Первыми из вагонов на землю спрыгнули мрачные бородатые мужики в тёмных мантиях. Они внимательно осмотрели всё вокруг и скомандовали пассажирам выходить. Впрочем - даже теперь они не забывали следить как за ожидавшими прибытия, так и за скраденными густым утренним туманом окрестностями.

   Редким горохом из вагонов посыпались люди. Едва коснувшись ногами тверди, они испуганно озирались и, зябко поёживаясь, направляли свой путь к Хогсмиду или Хогвартсу, часто не одни, а в тёплой компании родственников или друзей, встретивших их.

   Последними из поезда вышли две девушки. Одна из них - одетая в тёмный мужской костюм коротко стриженая блондинка - уверенно спрыгнула наземь, сжимая в руке пистолет. Видимо просвещённый относительно кое-каких маггловских штучек охранник-аурор презрительно фыркнул. Девушка резко обернулась, предоставив ему возможность во всех подробностях изучить немаленький наперсный крест - охранник замялся - и, приспустив скрывающие глаза солнцезащитные очки подальше на нос, глянула в глаза магу. Мракоборец словно поперхнулся и начал с особой тщательностью изучать на предмет вероятного противника опавший куст невдалеке.

   Тем временем вторая девушка - монахиня - аккуратно спустилась по лесенке и, сложив руки, выжидательно посмотрела на спутницу удивительно большими для азиатки глазами. Увидела пистолет и удивлённо спросила:

   - Хайнкель, разве опасность уже здесь?

   Та, которую назвали Хайнкель, довольно улыбнулась спине аурора и повернулась к вопросившей:

   - Рядовой Такаги!

   Монахиня судорожно дёрнулась и приняла некое подобие стойки "смирно".

   - Я!

   - Credo!

   - Credo in unum...

   - Nein! - монахиня испуганно замолкла. - Das soldatische credo!

   Аурор вновь смотрел на них. Теперь он был в таком изумлении, что совершенно забыл об угрозе со стороны.

   Монахиня привычно отбарабанила:

   - Воин, службою живущий, читай устав на сон грядущий.

   А утром, ото сна восстав, читай внимательно устав.

   По мере декламации глаза и рот мракоборца раскрывались всё шире, а выражение лица Хайнкель делалось всё более и более удовлетворённым. Она даже начала помахивать пистолетом в такт речи (аурор тихонечко постарался выйти из предполагаемого сектора обстрела).

   Такаги замолкла, преданно поедая глазами начальство.

   Хайнкель с явным сожалением закончила поигрывать стволом. (Аурор облегчённо перевёл дух.)

   - И что нам глаголет устав? - поинтересовалась немка.

   Азиатка зримо взмокла.

   - Только в части, касающейся локализации местонахождения противника, - поспешно добавила Хайнкель.

   Монахиня облегчённо перевела дух и выпалила:

   - Враг везде!

   Аурор вздрогнул.

   - Точно! - подняла палец блондинка. Однако развить свою мысль она не успела. Сверху послышались грохот и возмущённый крик:

   - Мы что - и за магглами должны багаж таскать? Да ещё ТАКИМИ?

   И мракоборцу на голову полетел огромный коричневый кофр - бедняга едва успел отскочить.

   Багаж девушек упал на землю. Земля вздрогнула.

   - Болван! - из вагона донеслась звонкая затрещина и громкий шёпот. - Лучше Пожирателю дорогу перебежать, чем связываться с магглами, разъезжающими в "Хогвартс-экспрессе". - В двери показалась усатая физиономия толстого проводника. Скроив мимолётную извиняющуюся гримасу ошалелому аурору, толстяк рассыпался в извинениях перед очаровательными пассажирками. Он сетовал то на общую расшатанность тонкой нервной организации персонала нового "Хогвартс-экспресса". То на его же слабую вышколенность (здесь он доверительно сообщал, что даёт личные гарантии выправления оного). То на низкое качество нынешнего огневиски в комплексе с дурным влиянием космоса и происками Сами-знаете-кого. Очаровательные пассажирки, до того слабо понимавшие то, что им говорили, при упоминании Главного-врага-всего-прогрессивного-магического-сообщества оживились.

   - Этого, - Хайнкель покрутила в воздухе стволом, стимулируя таковым образом собственную мыслительную деятельность - аурор отпрыгнул, а проводник, насколько ему позволяло мощное пивное брюхо, спрятался за дверным косяком, - как его? - немка посмотрела в небо, словно ища там подсказки.

   - Волан де Морта, - пискнула монахиня.

   Аурор икнул. Проводник закашлялся:

   - Ну - можно и так сказать, - из глубины тамбура донёсся испуганный всхлип - кажется давешнего строптивого носителя багажа.

   - О, точно! - сперва из-за косяка показалась половинка уса и один глаз, которым владелец провёл тщательную рекогносцировку. Затем крупное тело проводника заняло весь дверной проём.

   - Мы рады, что Вы воспользовались услугами нашего экспресса. Всего наилучшего, - и он развернул голову назад - к невидимому снаружи собеседнику. - Так вот - насчёт магглов и "Хогвартс-экспресса", - донеслось сквозь прикрываемую дверь, - я тебе, кретину, расскажу о последнем рейсе старого поезда...

   К тому моменту уже несколько минут нетерпеливо насвистывавший паровоз, грохнув сцеплениями, тронулся.

   Девушки несколько отрешённо проводили его взором. Затем посмотрели на спешно улепётывающего аурора. После - на погрузившийся под собственным весом в ещё не промёрзшую толком землю кофр. Минуту они постояли в раздумье. Затем Такаги посмотрела на свою компаньонку. Та заискивающе улыбнулась, взъерошила свободной рукой светлые волосы. Глянула на место, где только что находилась дверь вагона, откуда вылетел едва не зашибший мракоборца кофр, и наигранно беспечным голосом произнесла:

   - Зато теперь ты убедилась, - назидательно подняла палец немка, - что враг - везде.

   Монахиня согласно кивнула и с грустью посмотрела на кофр.

   - А до Хогсмида не очень далеко? - жалобно спросила она.

   Спустя несколько минут две девушки исчезли в густом тумане, сквозь который мутными тенями проглядывали иглы башен замка Хогвартс.

   ***

   Явление на пороге "Трёх мётел" двух взмыленных монахинь, волочащих непомерных размеров кофр, произвело среди посетителей трактира фурор. Для начала они уставились на них с некоторым удивлением, затем дружно почесали затылки, а потом с некоторой опаской покосились в сторону хозяйки заведения. Только один низенький толстячок, не скрываясь, обозрел монахиню-азиатку с ног до головы масляными глазками.

   Ни на кого не обращая внимания, девушки убрали кофр от входа - подальше с дороги посетителей - и буквально повалились на него, хватая воздух широко открытыми ртами.

   - Не может это столько весить! - прохрипела азиатка. - Признавайся - что там у тебя ещё?!

   Однако её блондинистая напарница сделала вид, что слишком занята и не может отвечать.

   Под сводами притихшего паба раздалась уверенная поступь. К новоприбывшим с грозным видом шла хозяйка заведения. Изрядная часть завсегдатаев проводила обратную амбаркацию. Они спешно выпрыгивали под набиравший силу снегопад, успев перед выходом только неловко приподнять шляпу и пробормотать что-то неразборчиво-учтивое владелице трактира - полной миловидной женщине.

   - Ну? И что вам угодно? - спросила гостей хозяйка заведения.

   Светловолосая гостья постаралась напустить на себя максимально репрезентативный вид, что, впрочем, ей не особенно удалось, и важно, насколько это возможно совместить с пыхтением, объявила:

   - Нам угодно снять двухместный нумер.

   Мадам Розмерта насмешливо приподняла бровь:

   - А больше вы ничего не желаете?

   Азиатка как-то странно посмотрела на женщину и сжалась от испуга.

   Чуточку поразмыслив блондинка сказала:

   - Желаем горячую ванну.

   Хозяйка гостиница пожала плечами:

   - А может магглы желают, чтобы им ещё и спинки потёрли?

   Посетители частью уткнулись носами в пиво, частью наблюдали за развитием событий.

   Немка удивлённо воззрилась на мадам.

   - Так вот, - Розмерта с усмешкой посмотрела на девушек, - мест нет.

   Посетители - из числа наблюдателей - удовлетворённо улыбнулись.

   - Ой, - пискнула азиатка и со страхом посмотрела на подругу.

   Та помолчала, а затем вкрадчиво поинтересовалась:

   - Тогда, может быть, у хозяев найдётся чего-нибудь горяченького для усталых путников с мороза?

   - Нет, - с ухмылкой ответствовала мадам. - Для магглов - тем более т а к и х, - подчеркнула она, - здесь не найдётся даже места для сундука, которое он теперь занимает. - она подняла волшебную палочку. Прячущие нос в пиве посетители сжались, а наблюдатели с заинтересованным видом затаили дыхание:

   - Mobili arbus!

   Девушки недоумённо посмотрели на палочку, затем друг на друга. Мадам застыла с отсутствующим выражением лица. Гости вообще не скрывали своего изумления, выпучив глаза и пораскрывав рты.

   Девушки пожали плечами.

   Тем временем мадам, видимо, немного очнувшись, отрывисто заговорила:

   - Идите по главной улице до конца и направо. Трактир "Кабанья голова", - окончательно придя в себя и пару секунд поразмыслив, она добавила, - всякий сброд там принимают с распростёртыми объятиями, - и, скрестив на груди руки, она стала ждать. Посетители большей частью были растеряны, и лишь толстяк продолжал разглядывать монахинь.

   Азиатка с некоторой опаской посмотрела на блондинку, но та, тяжко вздохнув, лишь кивнула напарнице, которая, словно чему-то обрадовавшись, послушно впряглась в кофр.

   Через несколько минут они выволоклись на улицу, прошли мимо кареты, запряжённой четвёркой угольно-чёрных пегасов, и скрылись в снежной круговерти.

   Розмерта же, постояв пару минут по выходе нежеланных гостей без движения, спрятала палочку. Затем как-то извиняющеся сказала в пространство:

   - Магглы.

   ***

   - Юмико, ты - кавай! - воскликнула Хайнкель, с наслаждением отхлёбывая из походной кружки горячий чай. - Как ты догадалась прихватить термос?

   - Привыкла странствовать, - с грустью ответила девушка, пожимая плечами.

   Они расположились на термоматраце под навесом у стены какого-то дома, прикрывшись от ветра и снега со стороны улицы своим сундуком.

   Через несколько минут японка начала всхлипывать:

   - Хайнкель, - плачущим голосом спросила она. - Отчего они нас не лю-убят... - и зарыдала.

   Немка поперхнулась чаем. Затем долго пыталась прокашляться под аккомпанемент плача напарницы. Наконец, когда ей это удалось и когда рыдания Юмико сменились редкими всхлипами, она взъерошила свою шевелюру, хохотнула и сказала поднявшей на неё заплаканные глаза девушке:

   - Ну-у... Меня предупредили, что они тут все поголовно расисты, - она хохотнула ещё раз. - Неволшебников воспринимают как низших по отношению к себе, что, в общем, неудивительно - слишком большая власть дана магам - немудрено крышей поехать, а уж возгордиться-то - Хайнкель покрутила в воздухе рукой. - К тому же мы с тобой...

   - То есть мы не виноваты? - радостно вскинулась, было Юмико, но прервалась и осторожно поинтересовалась. - А что - мы?

   - Э-э-э... Ты что - историю не учила?

   - Отчего? - возмутилась монахиня. - Очень даже учила! Могу чего-нибудь рассказать об искусстве Хэйан или сёгуната... - теперь Юмико созерцала рисунок сакуры на боку термоса:

   - Перед этой вишней в цвету

   Померкла в туманной дымке

   Пристыженная Луна.

   - Нет - нет! - поспешно вмешалась Хайнкель, пока Такаги не слишком далеко унесло в поэзию. Послышались быстрые уверенные шаги. Немка выглянула из-за сундука. В снежной круговерти растворилась гигантская фигура. Хайнкель нырнула обратно к отделённому светом походного фонаря от тьмы пространству и напарнице, уставилась в её подёрнутые пеленой воспоминаний о цветущем Ниппоне глаза и неуверенно закончила:

   - Я говорю о европейской истории.

   - А-а-а... - протянула японка. - Да... Европа тоже добилась кое-чего... - она секунду помолчала, что-то припоминая, - ...в музыке и живописи.

   Хайнкель обречённо махнула рукой:

   - В общем - была война, - Юмико продолжала блуждать среди цветущих вишнёвых садов. - Юмико! - хлопнула она подругу по плечу.

   - Nani? - всё ещё несколько отрешённым голосом спросила девушка.

   - Вот щас как дам! - Хайнкель с удовольствием глядела, как бледнеет Такаги. - Больно.

   - Нет-нет! Только не это! Ты спрашивала что-то о Хэйан?

   - Молодец, - довольно кивнула немка и глотнула чайка. - В общем - была война между людьми и магами, - японка с живейшим интересом слушала напарницу; Хайнкель довольно кивнула и продолжила. - Основной ударной силой на той войне были мы. Как ты видела, - лицо Юмико не отразило уверенности в том, что его владелица чего-то видела, - магия на нас не действует. Маги были разгромлены повсюду, - немка пожала плечами. - Хотя теперь их учат тому, что всё было несколько иначе... Но это неважно. Хогвартс оказался единственной уцелевшей школой волшебства, хотя и вынужден был уйти в подполье. Их не добили. Маги должны теперь до конца света благословлять либидо Генриха VIII, - японка зарделась, а Хайнкель, увидевшая это, вновь хохотнула. Затем ещё разок глянула в термос, чтобы с грустью убедиться, что кроме дна в нём ничего не осталось, и поднялась с матраца.

   - В общем, - закончила немка, проверяя пистолеты, - с тех пор в среде волшебников христиан не очень любят.

   Девушки быстро покидали в рюкзаки термос, кружки, матрац и, впрягшись в ремни кофра, медленно потащились по главной улице Хогсмида.

   Но далеко уйти им не дали.